КРАСОТА
Взгляд весёлый, облик юный,Губ доверчивых уют,Ноги — звончатые струны —Не проходят, а поют.Всё в ней в радость, всё в ней в помощь,Всё в ней — ласка и привет.Вся таинственна, как полночь,Лучезарна, как рассвет.
«Пустыня — вроссыпь, слитно — монолит…»
Пустыня — вроссыпь, слитно — монолит.Им радоваться сердце не велит.Вот почве — да. Какой-то там вершок,А из него — упрямый корешокС цветком в руке — уж так заведено —А там, глядишь, — янтарное вино,А там, глядишь, — румяный каравай:Ставь всё на стол и угощай давай.Вот это — да. Вот это — монолит.Простой народ и никаких элит.
«Народ. А кто такой народ…»
Народ. А кто такой народ?Волна к волне из рода в род,Из поколенья в поколеньеНерасторжимое волненьеВезде: в Москве и на селе,Он — и мужик навеселе,Он — и артист в БелоколонномВ одном-единственном числеИ в многолюдно-миллионном.Народ — и звёзды, и кресты.Он поимённо я и ты.
«Уж так сошлось, уж так сложилось в жизни…»
Уж так сошлось, уж так сложилось в жизни, —Весь наш восторг и слава афоризму.А поговорке что? А поговоркеДовольно всплеска солнышка в ведёркеИз глубины живого родника…Тем и красна хозяйка языка.
МАМИНЫ СЛОВА
Говорила мама «летось», —К нам в окошко — Наша светлость.Говорила мама «знамо», —Куличок из печки прямо,Краснощёк и духовит:Ешь скорее — улетит.Всё, что мама говорила,Складно всё и сдобно было.
«Добро — к добру — Мне мама говорила…»
— Добро — к добру. — Мне мама говорилаИ добрых всех добром благодарилаИ, величая всех, всех горячо любила,Всем находила место у огня.И лишь себя повеличать забылаЗа то, что в муках родила меня.
«Ах, частушка, ах, частушка…»
Ах, частушка, ах, частушка,Ты нисколько не простушка.Расступись, углы и стены,Дайте небо вместо сцены,Дайте ноченьку без платьяДа любимого в объятья.Распалю его до края.Я такая-растакая!
МОЛОДОСТЬ
Безудержно весенняяВ цветах и облакахИдёт, как потрясение,На звонких каблуках.В награду ей соловушка,А все преграды — прочь!Бедовая головушка,Сиреневая ночь.Идёт сама природа,Играет на волне…Приветствуйте, народы,И радуйтесь весне!
«Поэзия всем возрастам покорна…»
Поэзия всем возрастам покорна:Блистательная спутница лучу,Она цветок нам преподносит с корняИ зажигает молнией свечу.Она — и гимн, и песенка простая.Она сквозь все железы прорастает.
«А для меня оно не бремя…»
А для меня оно не бремя,Моё неласковое время,Моё — с подворья и с крыльца,Моё — в моих чертах лица,Моё — в чертах моей страныИ с той и с этой стороны.Оно — мой крест, мой ратный стяг,Зарёй восшедший на рейхстагИ отворивший дверь в зените…А что не так, уж извините.
«Обнимает, а не ссорит…»
Обнимает, а не ссоритЮность с древностью седой.Речка Сороть — это ж сородь,Сродность берега с водой.У неё свои заветы.Даль своя, свои дела:Вон какого нам поэтаС берегов своих дала.
ДОМ НАД СОРОТЬЮ
Прилетел ли ты, приехал,Заходи в его уют.В нём два Пимена, два Века,В добром здравии живут,Слово чествуют и шуткеПоиграть дают в усах.В нём и внучке их, Минутке,Не стоится на часах.Сутки складывает в годы,Поджидает третий Век.Ба! Да он уже у входаС шапки стряхивает снег.
ЯЗЫК ПУШКИНА
Его язык — язык волненья:Волна к волне, к строке строка,Как просверк чудного мгновенья,Опередившего века.Он свет из тьмы, как дождь из тучи,Он лиры звон и блеск меча.В нём — зимний лес и сад цветущий.И на столе творца — свеча.
«А он и вправду бесподобный гений…»
А он и вправду бесподобный гений,Неповторимый в просверках мгновенийИ незабвенный в памяти веков.Таков вердикт вселенских языков.И всё же, всё же, говоря по-русски,Он сам себе оценщик: «Ай да Пушкин!»И озорник на поприще амура.Он — весь душа и ум без перехмура.
«Он прост и неизбывен…»
Он прост и неизбывенВ любые времена.Он и Боян, и Пимен,И солнце, и луна.Погода — непогода,В нём бьётся пульс огня.Он с нами до восходаИ до заката дня.
«И впредь шуметь его глаголам…»
И впредь шуметь его глаголамПо городам по всем, по сёлам,По всем просторам кочеватьИ жечь сердца и врачевать.
«Который год ещё раз и ещё…»
Юрию Лодкину
Который год ещё раз и ещёЯ в спор вхожу с изысканным поэтом.Он мне внушает: кудри — хорошо,Я соглашаюсь, но при всём при этомБеру подсказку у простой травы:— А как, скажи, кудрям без головы? —И пожелав коллеге наилучшего,Вручаю на прощанье томик Тютчева,Как самую наиблагую вестьВ простом, неоштампованном конверте.Там всё — и мысль, и образ мысли есть,И адрес есть доподлинный — бессмертье.
«О молодом, о будущем радея…»
Главе Аннинского района Воронежской области
О молодом, о будущем радея,Со всех трибун от сердца своегоЧитает «Анну Снегину» Авдеев,И сам Есенин с голоса егоИдёт в поля — размашистый, красивый —И там себя возводит в мужики.И урожаи набирают силу,И на корню хиреют сорняки.Растут стога — зимой лафа коровам.Ведь надо ж так уметь работать словом.
ЖЕЛЕЗНЫЕ ПЕШЕХОДЫ
Ведь надо ж так! Всё круче год от годаРакеты космос рвут, а эти пешеходыЖелезные в бетонных сапогахБез разных там попутных «ух» да «ах»,Как бурлаки, сквозь годы-перекатыК нам солнечные тянут киловатты.Вот к ним-то я, друзья мои, признаюсь,Водя пером, испытываю зависть.
«Есенин!.. Как о нём сказать…»
Юрию Прокушеву
Есенин!.. Как о нём сказать?Весенним словом иль осенним?Сказать, как боль перевязать,Как по ножу пройти — Есенин.Есенин сам про всё сказалИ в смех, и в плач, и в посвист снега.Есенин горше, чем слеза,Родней родни и дальше эха.
МАЯКОВСКИЙ
Для нас он был воистину огромнымВ ряду вершин на перекличке с громомВ простом общенье почвы и металлаЗадолго до цветов у пьедестала.Таким он был, таким и остаётсяВ рабочих буднях лозунга и солнца.
БОКОВ
Я так о нём сказал в тот деньПо просьбе зала:По части слова он — кремень.Из-под кресала.Сказал и буду говоритьВсегда, как снова.Он даст ещё нам прикуритьВ ладонях слова.
«Уж как ты ни старайся, друг ты мой…»
